— Пойдем к людям. Может, машину дадут добраться до города или хоть телегу какую… Тем более, что по карте именно в той стороне проходит основное шоссе…

Когда Грязновы подошли к дому, из ворот выскочила мелкая шавка и завертелась ужом у ног, задыхаясь от злобы и страха. Денис стремительно наклонился: перед крыльцом на сыроватой земле отпечатался рисунок шин «рейнджровера».

— Что за черт? — сказал он, почесав затылок. — По-твоему, в этой местности могут находиться одновременно два джипа-"рейнджровера"? Или это мой? А если мой, то что он тут делал?

— Войдем, — предложил дядя. — И всех, кого найдем, допросим с пристрастием. Вам что, гражданин? — строго спросил он у рычащей шавки.

Зашли — калитка оказалась распахнута, замок сбит. Покричали хозяев. Никто не отозвался. На участке стояла подозрительная тишина, даже собака, поворчав, заползла под крыльцо. Грязновы поежились.

— Не случилось ли чего? — сказал Вячеслав Иванович, обходя дом кругом. — Есть тут кто живой? — Он прильнул к темному окну, закрывшись тыльной стороной ладони и пытаясь что-нибудь рассмотреть внутри.

— Может, они на огороде? — предположил Денис. — Где у них тут огород? За домом? Не спят же деревенские жители в разгар страды!

Послышался шум машины, и вскоре перед домом затормозила «Нива», из нее вылезли пыльные и потные мужчина лет сорока, держащий под мышкой видеокамеру, и довольно привлекательная женщина ровесница, в простом ситцевом платье.

— Вот и хозяева, — облегченно вздохнул Грязнов-старший, — как видишь, живы-здоровы и машина у них своя, хоть, конечно, и не такая шикарная. Иди теперь с ними объясняться, что мы на участке делаем.

— Добрый день! — поздоровался Денис, выглядывая из-за забора. — Это ваше владение? Мы зашли, смотрим — а хозяев дома нет…

— Здравствуйте… — слегка удивился мужчина, оглядывая их неодобрительно. — Вы по какому поводу?